Архив рубрики «Проза»
Если бы на одно мгновение Бог забыл, что я всего лишь тряпичная марионетка, и подарил бы мне кусочек жизни, я бы тогда, наверно, не говорил все, что думаю, но точно бы думал, что говорю.
Я бы ценил вещи, не за то, сколько они стоят, но за то, сколько они значат. Я бы спал меньше, больше бы мечтал, понимая, что каждую минуту, когда мы закрываем глаза, мы теряем шестьдесят секунд света. Я бы шел, пока все остальные стоят, не спал, пока другие спят. Я бы слушал, когда другие говорят, и как бы я наслаждался чудесным вкусом шоколадного мороженного…
Если бы Бог одарил меня еще одним мгновением жизни, я бы одевался скромнее, валялся бы на солнце, подставив теплым лучам не только мое тело, но и душу. Господь, если бы у меня было сердце, я бы написал всю свою ненависть на льду и ждал пока выйдет солнце. Я бы полил слезами розы, чтобы почувствовать боль их шипов и алый поцелуй их лепестков…
Господь, если бы у меня еще оставался кусочек жизни, я бы НЕ ПРОВЕЛ НИ ОДНОГО ДНЯ, НЕ СКАЗАВ ЛЮДЯМ, КОТОРЫХ Я ЛЮБЛЮ, ЧТО Я ИХ ЛЮБЛЮ.
Я бы убедил каждого дорогого мне человека в моей любви и жил бы влюбленный в любовь. Я бы объяснил тем, которые заблуждаются, считая, что перестают влюбляться, когда стареют, не понимая, что стареют, когда перестают влюбляться!
Ребенку я бы подарил крылья, но позволил ему самому научиться летать. Стариков я бы убедил в том, что смерть приходит не со старостью, но с забвением. Я столькому научился у вас, люди, я понял, что каждый хочет жить на вершине горы , не понимая, что истинное счастье ожидает его, когда он поднимается в гору.
Я понял, что с того момента, когда впервые новорожденный младенец сожмет в своем маленьком кулачке палец отца, он его больше никогда его не отпустит.
Я понял, что один человек имеет право СМОТРЕТЬ НА ДРУГОГО С ВЫСОКА только тогда, когда он ПОМОГАЕТ ЕМУ ПОДНЯТЬСЯ.
Есть столько вещей, которым я бы мог еще научиться у вас, люди, но, на самом-то деле, они вряд ли пригодятся, потому что, когда меня положат в этот чемодан, я, к сожалению, уже буду мертв. Я так многому научился от вас, но, по правде, говоря, от всего этого не много пользы, потому что, набив этим сундук я умираю.
Всегда говори то, что чувствуешь, и делай, то, что думаешь. Если бы я знал, что сегодня я в последний раз вижу тебя спящей, я бы крепко обнял тебя и молился Богу, что бы он сделал меня твоим ангелом-хранителем.
Если бы я знал, что сегодня вижу в последний раз, как ты выходишь из дверей, я бы обнял, поцеловал бы тебя и позвал бы снова, чтобы дать тебе больше. Если бы я знал, что слышу твой голос в последний раз, я бы записал на пленку все, что ты скажешь, чтобы слушать это еще и еще… бесконечно. Если бы я знал, что это последние минуты, когда я вижу тебя, я бы сказал: «Я люблю тебя», и не предполагал, глупец, что ты это и так знаешь.
Всегда есть завтра, и жизнь предоставляет нам еще одну возможность, что бы все исправить, но если я ошибаюсь и сегодня это все, что нам осталось, я бы хотел сказать тебе, как сильно я тебя люблю, и что никогда тебя не забуду.
Ни юноша, ни старик не может быть уверен, что для него наступит завтра. Сегодня, может быть, последний раз, когда ты видишь тех, кого любишь. Поэтому не жди чего-то, сделай это сегодня, так как если завтра не придет никогда, ты будешь сожалеть о том дне, когда у тебя не нашлось времени для одной улыбки, одного объятия, одного поцелуя, и когда ты был слишком занят, чтобы выполнить последнее желание. Поддерживай близких тебе людей, шепчи им на ухо, как они тебе нужны, люби их и обращайся с ними бережно, найди время для того, чтобы сказать: “мне жаль”, “прости меня”, “пожалуйста» и «спасибо» и все те слова любви, которые ты знаешь.
НИКТО НЕ ЗАПОМНИТ ТЕБЯ ЗА ТВОИ МЫСЛИ.
Проси у Господа мудрости и силы, что бы говорить о том, что чувствуешь. Покажи твоим друзьям, как они важны для тебя. Если ты не скажешь этого сегодня, завтра будет таким же, как вчера. И если ты этого не сделаешь никогда, ничто не будет иметь значения.
Воплоти свои мечты. Это мгновение пришло.
Предсмертное письмо Габриэля Гарсии Маркеса
P.S. Одно из лучшего, что я когда либо читала…думала и ощущала…
Мне очень нравится это произведение, — вот один из отрывков. Кто читал — поймет, а кто нет, возможно захочет прочитать.
- Ты должен меня очень любить, Робби. Не знаю, что я буду делать без любви!
Ее глаза были устремлены на меня. Лицо было совсем близко, взволнованное, открытое, полное страстной силы.
- Держи меня крепко, — прошептала она. — Мне нужно, чтобы кто-то держал меня крепко, иначе я упаду, Я боюсь.
- Не похоже, что ты боишься.
- Это я только притворяюсь, а на самом деле я часто боюсь.
- Уж я-то буду держать тебя крепко, — сказал я, все еще не очнувшись от этого странного сна наяву, светлого и зыбкого, — Я буду держать тебя по-настоящему крепко. Ты даже удивишься.
Она коснулась ладонями моего лица:
- Правда?
Я кивнул. Ее плечи осветились зеленоватым светом, словно погрузились в глубокую воду. Я взял ее за руки и притянул к себе, — меня захлестнула большая теплая волна, светлая и нежная…
Все погасло…
«Три Товарища» , Эрих Мария Ремарк
«Он меня не понимает совсем!!!» — как часто говорим мы это подругам… Но, возможно беда не в нем, а в наших различиях?!
Представьте себе, что прародиной мужчин был Марс, а женщин – Венера. В один прекрасный день марсиане, глядя в свои телескопы, усмотрели в них венерианок, и это зрелище разбудило в обитателях красной планеты неведомые дотоле чувства. Поголовно влюбившись, марсиане быстренько изобрели космический корабль и помчались на Венеру.
Дамы встретили их с распростертыми объятиями. Интуиция давно подсказывала им, что этот день когда-нибудь настанет, и их сердца распахнулись навстречу никогда еще не испытанной любви.
Любовь между венерианками и марсианами самым волшебным образом изменила их жизнь.
Они наслаждались обществом друг друга, общением, тем, что могли делать вместе. Дети разных миров, они открыли бездну интересного в имевшихся между ними отличиях и прямо-таки упивались изучением друг друга, своих столь различных потребностей, склонностей, манер поведения в тех или иных ситуациях. Долгие годы прожили они в любви и гармонии.
Но вот в один прекрасный день им вздумалось перебраться на Землю. Поначалу и тут все у них шло чудесно, но… Воздействие земной атмосферы оказалось таково, что однажды утром, когда ничего не подозревавшие мужчины и женщины в очередной раз проснулись, обнаружилось, что все они частично потеряли память. Причем эта амнезия носила весьма своеобразный – выборочный характер.
Как марсиане, так и венерианки забыли, что они происходят с разных планет и что вследствие этого они и сами разные. Одного-единственного утра хватило, чтобы из их памяти начисто стерлось все, что они успели узнать о своих различиях. С того самого утра мужчины и женщины начали конфликтовать и продолжают заниматься этим по сей день.
Джон Грей «Мужчины с Марса, Женщины с Венеры»
“Я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверно, я дурак.”
Многие задают себе этот вопрос: “Кем я хочу быть, когда вырасту?”, а еще чаще в детстве мы слышим его от взрослых. И звучат самые разные варианты ответов, которые меняются от поколения к поколению…А что если, став взрослыми, мы вдруг понимаем, что всю сознательную жизнь стремились не к тому… И мы не хотим быть фотомоделями, врачами, политиками, юристами и прочими… С детства нам вбивают в голову, что мы должны приносить пользу обществу… но ведь мы должны делать то, что любим. А возможно, для счастья некоторым нужно не так и много… просто ловить ребятишек во ржи, не дав им упасть в пропасть…
Протянуть руку помощи тем, кому она нужна… найти нужные слова в нужный момент. Подставить плечо, приютить на ночь, быть кому-то хорошим другом…
Никогда не поздно найти себя… найти свое призвание, то, чем действительно хочется жить и дышать…
ПРАВДА МЫ БУДЕМ ВСЕГДА?
“Неужели все так быстро кончается? — подумал Ослик.- Неужели кончится лето умрет Медвежонок и наступит зима? Почему это не может быть вечно: я, лето и Медвежонок?
Лето умрет раньше всех, лето уже умирает. Лето во что-то верит, поэтому умирает так смело. Лету нисколько себя не жаль — оно что-то знает. Оно знает что оно будет снова! Оно умрет совсем ненадолго, а потом снова родится. И снова умрет… Оно привыкло. Хорошо, если бы я привык умирать и рождаться. Как это грустно и как весело!..”
Медвежонок зашуршал опавшей листвой.
- О чем ты думаешь? — спросил он.
- Я?.. Лежи, лежи,- сказал Ослик.
Теперь он стал вспоминать, как они встретились, как под проливным дождем пробежали весь лес, как сели отдохнуть и как Медвежонок тогда сказал:
- Правда, мы будем всегда?
- Правда.
- Правда, мы никогда не расстанемся?
- Конечно.
- Правда, никогда не будет так, чтобы нам надо было расставаться?
- Так не может быть!
А теперь Медвежонок лежал на опавших листьях с перевязанной головой, и кровь выступила на повязке.
“Как же это так? — думал Ослик.- Как же это так, что какой-то дуб разбил Медвежонку голову? Как же это так, что он упал именно тогда, когда мы проходили под ним?..”
Прилетел Аист.
- Лучше?..- спросил он.
Ослик покачал головой.
- Как грустно! — вздохнул Аист и погладил Медвежонка крылом.
Ослик снова задумался. Теперь он думал о том как похоронить Медвежонка, чтобы он вернулся, как лето. “Я похороню его на высокой- высокой горе,- решил он,- так, чтобы вокруг было много солнца, а внизу текла речка. Я буду поливать его свежей водой и каждый день разрыхлять землю. И тогда он вырастет. А если я умру, он будет делать то же самое,- и мы не умрем никогда…”
- Послушай,- сказал он Медвежонку,- ты не бойся.
Ты весной вырастешь снова.
- Как деревце?
- Да. Я тебя буду каждый день поливать. И разрыхлять
землю.
- А ты не забудешь?
- Что ты!
- Не забудь,- попросил Медвежонок.
Он лежал с закрытыми глазами, и если бы чуть-чуть не вздрагивали ноздри, можно было бы подумать, что он совсем умер. Теперь Ослик не боялся. Он знал: похоронить — это значит посадить, как деревце.
Сергей КОЗЛОВ
Наконец-то вы мне ответили! О, разумеется, не назвав себя. Незнакомка по-прежнему остается для меня незнакомкой. Но мне теперь знаком по крайней мере ваш почерк, и он мне нравится. Прямые, четкие, разборчивые буквы — почерк порядочного человека. И порядочной женщины? Возможно! Но в своем письме вы задаете мне необычный вопрос.
«Уже пять лет, — пишите вы, — у меня есть нежный и умный друг. Он бывает у меня почти каждый день, советует, какие книги читать, что смотреть в театре, словом, заполняет мой досуг самым приятным образом. Мы никогда не
переходили границ дружбы; у меня нет желания стать его любовницей, однако он добивается этого, настаивает, просто терзает меня; он утверждает, что во мне больше гордыни, чем страсти, что он невыносимо страдает, что так дольше продолжаться не может и он в конце концов перестанет видеться со мною. Следует ли уступить этому шантажу? Слово гадкое, но точное, ибо он прекрасно знает, что его дружба мне необходима. Видимо, он недостаточно ценит мою дружбу, раз добивается чего-то другого?..»
- Не знаю, сударыня, читали ли вы повесть «Золотой гвоздь» Сент-Бева. Он написал ее, чтобы покорить женщину, по отношению к которой находился в том же положении, в каком находится ваш друг по отношению к вам. Прелестная молодая женщина, слегка походившая на Диану-охотницу, не имевшая детей, выглядевшая моложе своих лет, обрекала его на муку, отказывая в последнем даре любви; он искусными доводами стремился добиться столь
вожделенной милости. «Обладать к тридцати пяти — сорока годам пусть всего лишь раз — женщиной, которую ты давно знаешь и любишь, — это, что я называю вбить вместе золотой гвоздь дружбы».
Сент-Бев считал, что нежность, скрепленная этим «золотым гвоздем», сохраняется затем на протяжении всей жизни надежнее, чем чувство, основанное просто на признательности, дружеской привязанности или общности интересов. В
подтверждение своего мнения он приводил слова одного превосходного писателя XVIII века: «После интимной близости, длившейся какие-нибудь четверть часа, между двумя людьми, питающими даже не любовь, а хотя бы тяготение друг к другу, возникает такое доверие, такая легкость общения, такое нежное внимание друг к другу, какие не появятся и после десятилетней прочной дружбы».
Эта проблема «золотого гвоздя» стоит теперь и перед вами, сударыня. Насколько я понимаю, ваш друг ставит вопрос так же, как ставил его Сент-Бев во времена Софи Луаре д’Арбувиль; мужчина и впрямь испытывает танталовы муки, сталкиваясь с кокеткой (быть может, даже не отдающей себе в этом отчета), которая непрестанно сулит ему блаженство, но оставляет алчущим. И все же я не верю в «золотой гвоздь». Первый опыт редко бывает самым удачным. Так что потребуется целая доска, утыканная подобными гвоздями. По правде сказать, если бы ваш друг страдал так сильно, как утверждает , он бы уже давным-давно преодолел бы ваше сопротивление.
Андре Моруа
Вот небольшая подборка афоризмов от Андре Моруа. Каждый из них имеет особенный смысл, потому и читать нужно каждый отдельно…
В начале любви влюблённые говорят о будущем. В конце — они говорят о прошлом.
Проблема не в том, чтобы иметь деньги на чёрную икру, а в том, чтобы находить в ней вкус.
Художник — лжец, но искусство — правда.
Смерть превращает жизнь в судьбу.
Самое трудное в споре — не столько защищать свою точку зрения, сколько иметь о ней четкое представление.
Ничто так не привязывает, как ревность.
Не стоит ориентироваться на общественное мнение. Это не маяк, а блуждающие огни.
Мужчины обнажают свою душу, как женщины — тело, постепенно и лишь после упорной борьбы.
Если человек вдруг станет говорить все, что он думает, ему не поверят. И будут правы. Что это за человек, который говорит все, что думает.
Верная мысль, если ее слишком часто повторять, теряет силу.
В белизне уйма оттенков. Счастье, как и весна, каждый раз меняет свой облик.
«Сегодня я — из тех, кого называют ненормальными, и очень этим горжусь. Там, на свободе я буду себя вести в точности так же, как другие. Буду ходить за покупками в супермаркет, болтать с подругами о пустяках, просиживать часами у телевизора. Но я знаю, что моя душа свободна, и что я могу мечтать, могу говорить с другими мирами, о существовании которых я раньше даже не подозревала…
Но сумасшествие принесло мне свободу.
Если вы — другой человек, и вам хочется быть как все — это, с моей точки зрения самая опасная болезнь.»
«Последний лист» О.Генри я впервые прочитала еще в школе. Но тогда этот рассказ просто прошел мимо…
С тех пор я его перечитывала в разное время, под настроение. И вот хочу написать об этом здесь…
Как часто нам не хватает стимула жить, просыпаться с утра, бороться за что-либо, двигаться вперед… И мы ищем себе те цели, и те «маяки» которые ведут нас даже во тьме наших мыслей и безнадежности
Это было в мае. В ноябре неприветливый чужак, которого доктора именуют Пневмонией, незримо разгуливал по колонии, касаясь то одного, то другого своими ледяными пальцами.
И однажды, когда нам встречаются серьезные испытания, мы просто опускаем руки…
- У нее один шанс… ну, скажем, против десяти, — сказал он, стряхивая ртуть в термометре. — И то, если она сама захочет жить. Вся наша фармакопея теряет смысл, когда люди начинают действовать в интересах гробовщика. Ваша маленькая барышня решила, что ей уже не поправиться.
И все, что может помочь, когда ни остается ничего — это желание бороться, желание жить
Я сделаю все, что буду в силах сделать как представитель науки. Но когда мой поциент начинает считать кареты в своей похоронной процессии, я скидываю пятьдесят процентов с целебной силы лекарств. Если вы сумеете добиться, чтобы она хоть раз спросила, какого фасона рукава будут носить этой зимой, я вам ручаюсь, что у нее будет один шанс из пяти, вместо одного из десяти.
И мы начинаем видеть нелепые совпадения, не потому, что они на самом деле появляются, а потому, что мы начинаем их замечать. И не только замечать, но и верить в них. Верить с такой силой, с которой никогда не верим в себя, и в то, что будем жить. И ждем чуда, не веря в него, отрицая, не понимая, что чудо — мы сами. И все сложное на самом деле просто. И нам нужно что-то, во что можно поверить… не абстрактное, а реальное, живое, ощутимое… пусть даже это будет последний лист на плюще. Ведь если он выстоит против ветра, ливней и бури, то и мы сможем…
Но чудеса — это не воля судьбы. Чудеса — это любовь, понимание, доброта, преданность и желание помочь. Мы сами можем для кого-то сотворить чудо. И часто кто-то творит чудеса для нас… чудеса, которые порой спасают нашу жизнь
Мистер Берман умер сегодня в больнице от воспаления легких. Он болел всего только два дня. Утром первого дня швейцар нашел бедного старика на полу в его комнате. Он был без сознания. Башмаки и вся его одежда промокли насквозь и были холодны, как лед. Никто не мог понять, куда он выходил в такую ужасную ночь. Потом нашли фонарь, который все еще горел, лестницу, сдвинутую с места, несколько брошенных кистей и палитру с желтой и зеленой красками. Посмотри в окно, дорогая, на последний лист плюща. Тебя не удивляло, что он не дрожит и не шевелится от ветра? Да, милая, это и есть шедевр Бермана — он написал его в ту ночь, когда слетел последний лист.
Wozu lebst du? — Um zu leben.
Для чего ты живешь? — Чтобы жить.
Эрих Мария Ремарк «Три товарища»
