23.05.2010

Женщина произошла из ребра мужчины. Не из ноги, чтобы быть униженной. Не из головы, чтобы превосходить. Но из бока, чтобы быть бок о бок. Из под руки, чтобы быть защищенной. И со стороны сердца, чтобы быть любимой.


21 мая 2008 года родился этот блог и первый пост…

Тогда это было началом чего-то еще непонятного и неясного… началом чего-то важного для меня, хоть еще и неосознанного…

А сегодня — это целый мир, где рядом с моими мыслями, эмоциями и настроениями уживаются мысли, чувства и настроения других людей — в чем-то мне однозначно близких..!

И это шампанское сегодня здесь и для вас — у меня праздник — и я хочу подарить немного праздничного настроения каждому, кто читает мои посты, кто заходит сюда раз в месяц, раз в неделю…или каждый день… СПАСИБО ВАМ ВСЕМ ЗА ТО, ЧТО ВЫ ЕСТЬ!…

Вы есть — а значит, есть я, и есть этот блог. Есть желание делиться своими эмоциями, открывать некоторые уголки души и сердца. Желание улыбаться и смеяться, начинать новый день, позабыв печали, и знать — я нужна. И мне многое и многие нужны.

День рождения

И, конечно, снова Есенин…

***

Заметался пожар голубой,
Позабылись родимые дали.
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.

Был я весь — как запущенный сад,
Был на женщин и зелие падкий.
Разонравилось пить и плясать
И терять свою жизнь без оглядки.

Мне бы только смотреть на тебя,
Видеть глаз злато-карий омут,
И чтоб, прошлое не любя,
Ты уйти не смогла к другому.

Поступь нежная, легкий стан,
Если б знала ты сердцем упорным,
Как умеет любить хулиган,
Как умеет он быть покорным.

Я б навеки забыл кабаки
И стихи бы писать забросил.
Только б тонко касаться руки
И волос твоих цветом в осень.

Я б навеки пошел за тобой
Хоть в свои, хоть в чужие дали…
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.

1923


В моем городе сегодня холодно и пусто…

Словно во всех окнах выключили свет… и я бреду одна по пустынным улицам города…

В наушниках тихо… потому что от таких знакомых и любимых песен веет лишь холодом… и грустью… А раньше…раньше, в ТОЙ уже далекой весне все было иначе…

Лишь стук моих шагов по пустынным одиноким улицам…и биение сердца, и дыхание… мое собственное дыхание…

Но я ДЫШУ, а значит ЖИВУ

Говорят, кода теряешь что-то важное оставляешь позади и частичку своей души… никогда не думала, что это так больно… но если болит — значит не умерло… значит все еще возможно — снова встретить весну… зажечь свет хоть в одном, но наверное нужном окне, включить новую любимую песню…на полную громкость — и улыбнутся, искренне…

И когда вдруг останавливаешься на мосту и понимаешь, что закат не радует, как и теплый вечер…и приятная компания…становится так невыносимо холодно…холодно изнутри… и хочется бежать…но не знаешь куда, хочется спрятаться — но негде… хочется забыться…но… от себя не убежишь и не спрячешься…

Смотрю на небо и думаю «ну почему же не идет дождь?» мы бы плакали с ним вместе… а то к ночи слез уже не осталось… но дождя нет… ни капельки…

Иду, в никуда, из ниоткуда… но это лучше, чем стоять на месте — это лучше чем лететь в пропасть. И пусть именно сегодня я пройду по всем тем улочкам, где вместе со мной бродила шальная и яркая весна, где до сих пор (но уже далеким эхом) звучит мой счастливый смех… где от стен отдается шепот…нежный… искренний… где даже запах чая из кружки слаще дурмана…

Призраки прошлого…которое не так давно было еще таким НАСТОЯЩИМ

Пройду, пропуская все это вновь через себя… ощущая каждой клеточкой — вместо радости — печаль, вместо счастья — боль, вместо надежд — безысходность… чтобы больше уже никогда не вернутся в этот мир, где было так хорошо… ОДНАЖДЫ.

Но весна считает свои последние дни… а я считаю последние минуты нежности…

Неосторожное движение руки — и песня… где все слова изучены наизусть… сердцем…телом…душой…и по щекам катятся слезы… как дождь с небес, заливая пустоту, но не заполняя ее…

И хочется вернуться — но некуда, ведь прошлого нет… его съедают маленькие, страшные существа с большими зубами…


18.05.2010

Анри Барбюс.
Нежность

-==25 сентября 1893 г.==-

Мой дорогой, маленький мой Луи! Итак, все кончено. Мы больше никогда не увидимся. Помни это так же твердо, как и я. Ты не хотел разлуки, ты согласился бы на все, лишь бы нам быть вместе. Но мы должны расстаться, чтобы ты мог начать новую жизнь. Нелегко было сопротивляться и тебе и самой себе, и нам обоим вместе… Но я не жалею, что сделала это, хотя ты так плакал, зарывшись в подушки нашей постели. Два раза ты подымал голову, смотрел на меня жалобным, молящим взглядом… Какое у тебя было пылающее и несчастное лицо! Вечером, в темноте, когда я уже не могла видеть твоих слез, я чувствовала их, они жгли мне руки.

Сейчас мы оба жестоко страдаем. Мне все это кажется тяжелым сном. В первые дни просто нельзя будет поверить; и еще несколько месяцев нам будет больно, а затем придет исцеление.

И только тогда я вновь стану тебе писать, ведь мы решили, что я буду писать тебе время от времени. Но мы также твердо решили, что моего адреса ты никогда не узнаешь, и мои письма будут единственной связующей нитью, но она не даст нашей разлуке стать окончательным разрывом.

Целую тебя в последний раз, целую нежно, нежно, совсем безгрешным, тихим поцелуем -ведь нас разделяет такое большое расстояние!..

-==25 сентября 1894 г.==-

Дорогой мой, маленький мой Луи! Я снова говорю с тобою, как обещала. Вот уж год, как мы расстались. Знаю, ты не забыл меня, мы все еще связаны друг с другом, и всякий раз, когда я думаю о тебе, я не могу не ощущать твоей боли.

И все же минувшие двенадцать месяцев сделали свое дело: накинули на прошлое траурную дымку. Вот уж и дымка появилась. Иные мелочи стушевались, иные подробности и вовсе исчезли. Правда, они порой всплывают в памяти; если что-нибудь случайно о них напомнит.

Я как-то попыталась и не могла представить себе выражение твоего лица, когда впервые тебя увидела.

Попробуй и ты вспомнить мой взгляд, когда ты увидел меня впервые, и ты поймешь, что все на свете стирается.

Недавно я улыбнулась. Кому?.. Чему?.. Никому и ничему. В аллее весело заиграл солнечный луч, и я невольно улыбнулась.

Я и раньше пыталась улыбнуться. Сначала мне казалось невозможным вновь этому научиться. И все-таки, я тебе говорю, однажды я, против воли, улыбнулась. Я хочу, чтобы и ты тоже все чаще и чаще улыбался, просто так — радуясь хорошей погоде или сознанию, что у тебя впереди какое-то будущее.

Да, да, подними голову и улыбнись.

-==17 декабря 1899 г.==-

И вот я снова с тобой, дорогой мой Луи. Я — как сон, не правда ли? Появляюсь, когда мне вздумается, но всегда в нужную минуту, если вокруг все пусто и темно. Я прихожу и ухожу, я совсем близко, но ко мне нельзя прикоснуться.

Я не чувствую себя несчастной. Ко мне вернулась бодрость, потому что каждый день наступает утро и, как всегда, сменяются времена года. Солнце сияет так ласково, хочется ему довериться, и даже обыкновенный дневной свет полон благожелательности.

Представь себе, я недавно танцевала! Я часто смеюсь. Сперва я замечала, что вот мне стало смешно, а теперь уж и не перечесть, сколько раз я смеялась.

Вчера было гулянье. На закате солнца всюду теснились толпы нарядных людей. Пестро, красиво, похоже на цветник. И среди такого множества довольных людей я почувствовала себя счастливой.

Я пишу тебе, чтоб рассказать обо всем этом; а также и о том, что отныне я обратилась в новую веру — я исповедую самоотверженную любовь к тебе. Мы с тобой как-то рассуждали о самоотверженности в любви, не очень-то хорошо понимая ее… Помолимся же вместе о том, чтобы всем сердцем в нее поверить.

-==6 июля 1904 г.==-

Годы проходят! Одиннадцать лет! Я уезжала далеко, вернулась и вновь собираюсь уехать.

У тебя, конечно, свой дом, дорогой мой Луи, ведь ты теперь совсем взрослый и, конечно, обзавелся семьей, для которой ты так много значишь.

А ты сам, какой ты стал? Я представляю себе, что лицо у тебя пополнело, плечи стали шире, а седых волос, должно быть, еще немного и, уж наверное, как прежде, твое лицо все озаряется, когда улыбка вот-вот тронет твои губы.

А я? Не стану описывать тебе, как я переменилась, превратившись в старую женщину. Старую! Женщины стареют раньше мужчин, и, будь я рядом с тобою, я выглядела бы твоей матерью — и по наружности, и по тому выражению глаз, с каким бы я смотрела на тебя.

Видишь, как мы были правы, расставшись вовремя. Теперь уж мы перестрадали, успокоились, и сейчас мое письмо, которое ты, конечно, узнал по почерку на конверте, явилось для тебя почти развлечением.

-==25 сентября 1893 г.==-

Мой дорогой Луи!

Вот уже двадцать лет, как мы расстались… И вот уже двадцать лет, как меня нет в живых, дорогой мой. Если ты жив и прочтешь это письмо, которое перешлют тебе верные и почтительные руки, — те, что в течение многих лет пересылали тебе мои предыдущие письма, ты простишь мне, — если ты еще не забыл меня,— простишь, что я покончила с собой на другой же день после нашей разлуки. Я не могла, я не умела жить без тебя.

Мы вчера расстались с тобой. Посмотри хорошенько на дату — в начале письма. Ты, конечно, не обратил на нее внимания. Ведь это вчера мы в последний раз были с тобою в нашей комнате и ты, зарывшись головой в подушки, рыдал как ребенок беспомощный перед страшным своим горем. Это вчера, когда в полуоткрытое окно заглянула ночь, твои слезы, которых я уже не могла видеть, катились по моим рукам. Это вчера ты кричал от боли и
жаловался, а я, собрав все свои силы, крепилась и молчала.

А сегодня, сидя за нашим столом, окруженная нашими вещами, в нашем прелестном уголке, я пишу те четыре письма, которые ты должен получить с большими промежутками. Дописываю последнее письмо, а затем наступит конец.

Сегодня вечером я дам самые точные распоряжения о том, чтобы мои письма доставили тебе в те числа, которые на них указаны, а также приму меры к тому, чтобы меня не могли разыскать.

Затем я уйду из жизни. Незачем рассказывать тебе — как: все подробности этого отвратительного действия неуместны. Они могли бы причинить тебе боль, даже по прошествии стольких лет.

Важно то, что мне удалось оторвать тебя от себя самой и сделать это осторожно и ласково, не ранив тебя. Я хочу и дальше заботиться о тебе, а для этого я должна жить и после моей смерти. Разрыва не будет, ты бы его, возможно, и не перенес, ведь тебе все огорчения причиняют такую острую боль.

Я буду возвращаться к тебе, — не слишком часто, чтобы понемногу мой образ изгладился из твоей памяти, и не слишком редко, чтоб избавить тебя от ненужных страданий. А когда ты узнаешь от меня самой всю правду, пройдет столько лет (а ведь время помогает Мне), что ты уже почти не сможешь понять, что значила бы для тебя моя смерть.

Луи, родной мой, сегодняшний наш последний разговор кажется мне каким-то зловещим чудом.

Сегодня мы говорим очень тихо, почти неслышно, — уж очень мы далеки друг от друга, ведь я существую только в тебе, а ты уже забыл меня. Сегодня значение слова сейчас для той, которая его пишет и шепчет, совсем иное, чем для того, кто будет читать это еловой тихо произнесет «сейчас».

Сейчас, преодолев такое громадное расстояние во времени, преодолев вечность — пусть это покажется нелепым, — сейчас я целую тебя, как прежде. Вот и все… Больше я ничего не прибавлю, потому что боюсь стать печальной, а значит, злой и потому, что не решаюсь признаться тебе в тех сумасшедших мечтах, которые неизбежны, когда любишь и когда любовь огромна, а нежность беспредельна…

P.S.  Читая  эти письма, я плакала… нет… не плакала, а просто рыдала… каждая строчка, каждое слово — а за ними столько боли, столько эмоций… столько НЕЖНОСТИ… и понимаешь, что живешь как-то не так, если  в твоей жизни нет места такой вот огромной НЕЖНОСТИ… таким вот чувствам. Живешь, как кукла, проникаясь черствостью и цинизмом, и перестаешь отличать черное от белого… и появляются какие-то нелепые двойные стандарты… и… что-то еще… что-то, чему трудно (а может и страшно) найти название… что-то, проникающее в душу и сердце холодным скользким комочком…

Нет… больше нет…

…и пусть будет эта ГРУСТНАЯ НЕЖНОСТЬ


Приятная беседа по телефону, приглашение на романтический ужин в ресторане при свечах, красивая, расслабляющая музыка и его просьба: «Пожалуйста, приди на свидание без трусиков, очень тебя прошу…я приеду за тобой вечером».

И вот он, галантно открыв дверцу машины, целуя ручки встречает и усаживает ее в салон машины, и она уже мчится сквозь дождь и слякоть… и музыка соответствует настроению… Слушать ее одно удовольствие.

Его теплая рука поглаживает женские коленки и как будто невзначай прикасается к бедру, что очень возбуждает, поскольку трусики остались дома… Другая его рука уверенно держит руль и они летят, наслаждаясь музыкой и нежными прикосновениями друг к другу.

Свидание без трусиков — это состояние постоянного нежного возбуждения, поскольку каждое, самое легкое движение платья и нежное прикосновение его рук заставляет ощущать приятное, сладкое возбуждение…

Вечер удался на славу! Теплый, совместный душ в отеле и взаимные оральные ласки уносят пару в другую галактику… Не мешало бы им и поспать хоть пару часиков после яркого, одновременного оргазма, но организм перевозбужден, его ласковые руки и губы не дают уснуть…

Хочется, чтобы ночь была длинной, но рассвет уже напоминает о том, что пора на работу.

И только капельки дождя возвращают в реальность…

без трусиков


13.05.2010

Я просто хочу, чтобы когда-нибудь кто-нибудь одернул меня за руку возле двери, сильно прижал к себе и тихо сказал: «Потому что я хочу, чтобы ты осталась». И я захотела бы остаться…


Как надоело читать между строк…

Надоело задумываться, что стоит за тем или иным словом, взглядом, жестом…

И стоит ли?…

Может быть иногда и важно понять больше, услышать больше, узнать больше….

А что, если не хочется?.. А что, если нет смысла…или есть…но просто ВСЕ РАВНО…

И понимаешь, что как не читай…как не вслушивайся…какие песни не пой… ты лишь очередная переменная величина… а вовсе не константа…

Но, в стремлении к стабильности и постоянству, понимаешь, что быть константой — это вовсе не то, о чем можно мечтать… что толку в том, что ты постоянна, если твое постоянство лишь для галочки, как штамп в паспорте, как статус в обществе… а на самом деле, твой удел — одиночество и пустота… и это тоже, увы, постоянно…

А переменные меняются быстрей, чем погода в начале весны…как и наши мысли и эмоции, и чувства… и становятся прошлым, не успев вдоволь насладиться настоящим… все в половину: дышать не полной грудью, говорить шепотом, смотреть не поднимая глаз… целовать краешками губ… касаться краешками пальцев… и хочется большего…и вместе с тем, понимаешь — а надо ли?!…

А что толку в том, чтобы жить по полной, когда остаешься лишь очередной переменной…

Не важно, всё это совершенно не важно…

Важно лишь то, что сегодня я поняла кое-что очень важное — СЕГОДНЯ закончилась моя весна… нет, по календарю еще есть время… но моя весна закончилась… и началось жаркое, долгое и душное лето… в котором я не буду ни константой, ни переменной…

И… да здравствует БЕСКОНЕЧНОСТЬ!..


Сегодня 9 мая… великий праздник для многих людей…народов…стран. Все сложнее осознать…понять…прочувствовать… Все реже мы вспоминаем о наших дедах…которые не вернусь с той войны… Все реже плачем, смотря фильмы о войне… Реже задумываемся… Но ведь они были такими же молодыми, как и мы!.. Так же хотели жить, надеяться, верить, любить!!!

И любовь, которая должна была помогать побеждать …иногда ранила больнее любой пули… Об этом этом стих…

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

Женщине из г. Вичуга

Я вас обязан известить,
Что не дошло до адресата
Письмо, что в ящик опустить
Не постыдились вы когда-то.
Ваш муж не получил письма,
Он не был ранен словом пошлым,
Не вздрогнул, не сошел с ума,
Не проклял все, что было в прошлом.
Когда он поднимал бойцов
В атаку у руин вокзала,
Тупая грубость ваших слов
Его, по счастью, не терзала.
Когда шагал он тяжело,
Стянув кровавой тряпкой рану,
Письмо от вас еще все шло,
Еще, по счастью, было рано.
Когда на камни он упал
И смерть оборвала дыханье,
Он все еще не получал,
По счастью, вашего посланья.
Могу вам сообщить о том,
Что, завернувши в плащ-палатки,
Мы ночью в сквере городском
Его зарыли после схватки.
Стоит звезда из жести там
И рядом тополь — для приметы…
А впрочем, я забыл, что вам,
Наверно, безразлично это.
Письмо нам утром принесли…
Его, за смертью адресата,
Между собой мы вслух прочли —
Уж вы простите нам, солдатам.
Быть может, память коротка
У вас. По общему желанью,
От имени всего полка
Я вам напомню содержанье.
Вы написали, что уж год,
Как вы знакомы с новым мужем,
А старый, если и придет,
Вам будет все равно не нужен.
Что вы не знаете беды,
Живете хорошо. И кстати,
Теперь вам никакой нужды
Нет в лейтенантском аттестате.
Чтоб писем он от вас не ждал
И вас не утруждал бы снова…
Вот именно: «не утруждал»..,
Вы побольней искали слова.
И все. И больше ничего.
Мы перечли их терпеливо,
Все те слова, что для него
В разлуки час в душе нашли вы.
«Не утруждай». «Муж». «Аттестат»..,
Да где ж вы душу потеряли?
Ведь он же был солдат, солдат!
Ведь мы за вас с ним умирали.
Я не хочу судьею быть,
Не все разлуку побеждают,
Не все способны век любить, —
К несчастью, в жизни все бывает.
Но как могли вы, не пойму,
Стать, не страшась, причиной смерти,
Так равнодушно вдруг чуму
На фронт отправить нам в конверте?
Ну хорошо, пусть не любим,
Пускай он больше вам не нужен,
Пусть жить вы будете с другим,
Бог с ним там, с мужем ли, не с
мужем,
Но ведь солдат не виноват
В том, что он отпуска не знает,
Что третий год себя подряд,
Вас защищая, утруждает.
Что ж, написать вы не смогли
Пусть горьких слов, но благородных,
В своей душе их не нашли —
Так заняли бы где угодно.
В отчизне нашей, к счастью, есть
Немало женских душ высоких,
Они б вам оказали честь —
Вам написали б эти строки;
Они б за вас слова нашли,
Чтоб облегчить тоску чужую.
От нас поклон им до земли.
Поклон за душу их большую.
Не вам, а женщинам другим,
От нас отторженным войною,
О вас мы написать хотим,
Пусть знают — вы тому виною,
Что их мужья на фронте, тут,
Подчас в душе борясь с собою,
С невольною тревогой ждут
Из дома писем перед боем.
Мы ваше не к добру прочли,
Теперь нас втайне горечь мучит:
А вдруг не вы одна смогли,
Вдруг кто-нибудь еще получит?
На суд далеких жен своих
Мы вас пошлем. Вы клеветали
На них. Вы усомниться в них
Нам на минуту повод дали.
Пускай поставят вам в вину,
Что душу птичью вы скрывали,
Что вы за женщину, жену,
Себя так долго выдавали.
А бывший муж ваш — он убит.
Все хорошо. Живите с новым.
Уж мертвый вас не оскорбит
В письме давно ненужным словом.
Живите, не боясь вины,
Он не напишет, не ответит
И, в город возвратясь с войны,
С другим вас под руку не встретит.
Лишь за одно еще простить
Придется вам его — за то, что,
Наверно, с месяц приносить
Еще вам будет письма почта.
Уж ничего не сделать тут —
Письмо медлительнее пули.
К вам письма в сентябре придут,
А он убит еще в июле.
О вас там каждая строка,
Вам это, верно, неприятно —
Так я от имени полка
Беру его слова обратно.
Примите же в конце от нас
Презренье наше на прощанье.
Не уважающие вас
Покойного однополчане.
По поручению офицеров полка

К. Симонов, 1943


09.05.2010

Вагонные споры — последнее дело, когда уже нечего пить.
Но поезд идет, в окошке стемнело, и тянет поговорить.

И двое сошлись не на страх, а на совесть — колеса прогнали сон.
Один говорил — наша жизнь — это поезд. Другой говорил — перрон.

Один утверждал — на пути нашем чисто, другой говорил — не до жиру.
Один говорил, мол, мы машинисты, второй говорил — пассажиры.

Один говорил нам свобода — награда, мы поезд куда надо ведем
Второй говорил: задаваться не надо, как сели в него, так и сойдем

А первый кричал — нам открыта дорога на много, на много лет.
Второй отвечал, не так уж и много — все дело в цене на билет.

А первый кричал — куда хотим, туда едем, и можем если надо свернуть,
Второй отвечал, что поезд проедет лишь там, где проложен путь.

И оба сошли где-то под Таганрогом, среди бескрайних полей.
И каждый пошел своей дорогой, а поезд пошел своей.

спор


05.05.2010

Ничего и никогда не обещай… просто приди и сделай, а я удивлюсь…







Рекламка



Поиск



Ispanka.Com - Блог одной Леди

Любовь, Страсть, Дружба, Жизнь...