Может быть, я зайду в церковь, взгляну на те иконы, которые никогда ничего мне не говорили, зато теперь что-нибудь скажут. Если какой-нибудь понравившийся мне мужчина пригласит меня в ночной клуб, я протанцую с ним всю ночь напролет. Потом пойду с ним в постель – но не так, как прежде с другими – то с деланным безразличием, то с деланной страстью. Я хочу отдаться мужчине, городу, жизни – и, наконец, смерти.»

Пауло Коэльо “Вероника решает умереть”

p.s. …жизнь стоит того, чтобы ЖИТЬ. Жить ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС, в мгновении настоящего. Ведь настоящее – это лишь разделительная черта между прошлым и будущим, но именно в ней таится прелесть мгновения – быстро уходящего. В настоящем не может быть ни суждений, ни мыслей, ни планов, ни воспоминаний – ним можно только жить. А мы так часто теряем красоту момента в погоне за прошлыми разочарованиями – а ведь прошлое было, прошло и уже мертво. А будущее неясно, но как только прояснится – станет настоящим – и мы снова его упустим…

Помните, ЖИЗНЬ правда стоит того, чтобы ЖИТЬ. В настоящем. Не упуская чудесных мгновений…

Мужчины ошибочно полагают, что женщины думают, ощущают, реагируют на те или иные вещи так же, как сами мужчины; женщины ошибочно полагают, что мужчины думают, ощущают и реагируют так же, как они, женщины.

Итак…

Марсиане ценят силу, деловитость, обожают соревноваться – кто кого обгонит, кто достигнет большего в жизни. Их постоянное занятие – самоутверждаться в собственных и чужих глазах, доказывать, что они лучше, сильнее, талантливее других. Их самоощущение определяется тем, насколько они способны добиваться высоких результатов. Только успех дает им чувство полноценности жизни, реализации себя.

Для венерианок существуют иные ценности. Для них превыше всего любовь, общение, красота, мир человеческих отношений. У них уходит масса времени на заботу, поддержку и помощь друг другу. Их самоощущение определяется их чувствами и качеством взаимоотношений. Именно в контактах с другими, в возможности делиться собственными чувствами и переживаниями и разделять чужие радости и горести они реализуют себя.

Интересы марсиан сосредоточены на “предметах”, “вещах”, а отнюдь не на людях и их чувствах. И в наши дни, на Земле, пока женщины мечтают о любви, мысли мужчин занимают мощные автомобили, компьютеры, работающие с неправдоподобной скоростью, технические новинки и передовые технологии. Их заботят “вещи”, способные помочь им в достижении тех или иных результатов, в выражении их власти.

А для венерианок первостепенное значение имеет общение. Делиться своими чувствами и переживаниями для них куда важнее, чем добиваться успеха или достигать высоких результатов. Они реализуют себя в разговоре, отношениях с другими, испытывая при этом чувство огромного удовлетворения.

Для марсианина крайне важно достичь результата: для него это способ доказать, что он кое-чего стоит, и это приносит ему моральное удовлетворение. Однако он испытывает его лишь в том случае, если добился желаемых результатов собственными силами, а не с чьей-то помощью.

У венерианок же весьма сильна интуиция. Они веками развивали эту способность, угадывая желания и потребности других. Они гордятся тем, что умеют быть чуткими, улавливать, какие чувства испытывает человек, что ему нужно. Предложить помощь и содействие прежде, чем о них попросят, – это на Венере самое яркое проявление любви.

Если не забывать, что мужчины происходят с Марса, а женщины – с Венеры, то можно найти объяснение буквально всему.

Совесть действительно задает идеалы. Но идеалы потому и называются идеалами, что находятся в разительном несоответствии с действительностью. И поэтому, когда за работу принимается разум, холодный, спокойный разум, он начинает искать средства достижения идеалов, и оказывается, что средства эти не лезут в рамки идеалов, и рамки нужно расширить, а совесть слегка подрастянуть, подправить, приспособить…

“Обитаемый Остров” , братья Стругацкие

Марк Леви “Каждый хочет любить”

Кто ничего не ждет, никогда не будет разочарован. Вот хорошее правило жизни. Тогда все что придет потом покажется вам приятной неожиданностью.

-Нет, -быстро сказал он. -Только не это. Остаться друзьями? Развести маленький огородик на остывшей лаве угасших чувств? Нет, это не для нас с тобой. Так бывает только после мелких интрижек, да и то получается пошловато. Любовь не пятнают дружбой. Конец есть конец.

Никаких объяснений. Они слишком отдают пошлостью. Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки.

Нигде ничто не ждёт человека, всегда надо самому приносить с собой всё.

-Тебя когда-нибудь бросал человек, которого ты любила?
- Да. – Она взглянула на него. – Один из двух всегда бросает другого. Весь вопрос в том, кто кого опередит.

Птица, подумал он. Еще сидит на моих ветвях, но уже расправила крылья для полёта.

Скорее всего теряешь то, что держишь в руках; когда оставляешь сам – потери не ощущаешь.

Дай женщине пожить несколько дней такой жизнью, какую ты ей предложить не можешь, и наверняка потеряешь её. Она попытается обрести эту жизнь вновь, но уже с кем-нибудь другим, способным обеспечивать её всегда…

Если мы перестанем делать глупости – значит, мы состарились.

Он смотрел на ее лицо, заслонившее весь мир, вглядывался в него и понимал, что только фантазия влюбленного может найти в нем так много таинственного. Он знал – есть более прекрасные лица, более умные и чистые, но он знал также, что нет на земле другого лица, которое обладало бы над ним такой властью. И разве не он сам наделил его этой властью?

Как чудесно жить цельной, а не ущербной жизнью. Я переполнена тобой и совершенно спокойна, во мне больше не осталось места ни для чего.

Женщин следует либо боготворить, либо оставлять.

Любовь – это когда хочешь с кем-то состариться.

Кто хочет удержать – тот теряет. Кто готов с улыбкой отпустить – того стараются удержать.

Как много придумано слов для простого, дикого, жестокого влечения двух человеческих тел друг к другу.

Определённость никогда не причиняет боли. Боль причиняет лишь всякое “до” и “после”.

Самый верный способ избавиться от любви к женщине – время от времени спать с ней. Не давать волю воображению. К чему искусственно драматизировать вполне естественный акт?

Человек не подозревает, как много он способен забыть. Это и великое благо, и страшное зло.

-==25 сентября 1893 г.==-

Мой дорогой, маленький мой Луи! Итак, все кончено. Мы больше никогда не увидимся. Помни это так же твердо, как и я. Ты не хотел разлуки, ты согласился бы на все, лишь бы нам быть вместе. Но мы должны расстаться, чтобы ты мог начать новую жизнь. Нелегко было сопротивляться и тебе и самой себе, и нам обоим вместе… Но я не жалею, что сделала это, хотя ты так плакал, зарывшись в подушки нашей постели. Два раза ты подымал голову, смотрел на меня жалобным, молящим взглядом… Какое у тебя было пылающее и несчастное лицо! Вечером, в темноте, когда я уже не могла видеть твоих слез, я чувствовала их, они жгли мне руки.

Сейчас мы оба жестоко страдаем. Мне все это кажется тяжелым сном. В первые дни просто нельзя будет поверить; и еще несколько месяцев нам будет больно, а затем придет исцеление.

И только тогда я вновь стану тебе писать, ведь мы решили, что я буду писать тебе время от времени. Но мы также твердо решили, что моего адреса ты никогда не узнаешь, и мои письма будут единственной связующей нитью, но она не даст нашей разлуке стать окончательным разрывом.

Целую тебя в последний раз, целую нежно, нежно, совсем безгрешным, тихим поцелуем -ведь нас разделяет такое большое расстояние!..

-==25 сентября 1894 г.==-

Дорогой мой, маленький мой Луи! Я снова говорю с тобою, как обещала. Вот уж год, как мы расстались. Знаю, ты не забыл меня, мы все еще связаны друг с другом, и всякий раз, когда я думаю о тебе, я не могу не ощущать твоей боли.

И все же минувшие двенадцать месяцев сделали свое дело: накинули на прошлое траурную дымку. Вот уж и дымка появилась. Иные мелочи стушевались, иные подробности и вовсе исчезли. Правда, они порой всплывают в памяти; если что-нибудь случайно о них напомнит.

Я как-то попыталась и не могла представить себе выражение твоего лица, когда впервые тебя увидела.

Попробуй и ты вспомнить мой взгляд, когда ты увидел меня впервые, и ты поймешь, что все на свете стирается.

Недавно я улыбнулась. Кому?.. Чему?.. Никому и ничему. В аллее весело заиграл солнечный луч, и я невольно улыбнулась.

Я и раньше пыталась улыбнуться. Сначала мне казалось невозможным вновь этому научиться. И все-таки, я тебе говорю, однажды я, против воли, улыбнулась. Я хочу, чтобы и ты тоже все чаще и чаще улыбался, просто так – радуясь хорошей погоде или сознанию, что у тебя впереди какое-то будущее.

Да, да, подними голову и улыбнись.

-==17 декабря 1899 г.==-

И вот я снова с тобой, дорогой мой Луи. Я – как сон, не правда ли? Появляюсь, когда мне вздумается, но всегда в нужную минуту, если вокруг все пусто и темно. Я прихожу и ухожу, я совсем близко, но ко мне нельзя прикоснуться.

Я не чувствую себя несчастной. Ко мне вернулась бодрость, потому что каждый день наступает утро и, как всегда, сменяются времена года. Солнце сияет так ласково, хочется ему довериться, и даже обыкновенный дневной свет полон благожелательности.

Представь себе, я недавно танцевала! Я часто смеюсь. Сперва я замечала, что вот мне стало смешно, а теперь уж и не перечесть, сколько раз я смеялась.

Вчера было гулянье. На закате солнца всюду теснились толпы нарядных людей. Пестро, красиво, похоже на цветник. И среди такого множества довольных людей я почувствовала себя счастливой.

Я пишу тебе, чтоб рассказать обо всем этом; а также и о том, что отныне я обратилась в новую веру – я исповедую самоотверженную любовь к тебе. Мы с тобой как-то рассуждали о самоотверженности в любви, не очень-то хорошо понимая ее… Помолимся же вместе о том, чтобы всем сердцем в нее поверить.

-==6 июля 1904 г.==-

Годы проходят! Одиннадцать лет! Я уезжала далеко, вернулась и вновь собираюсь уехать.

У тебя, конечно, свой дом, дорогой мой Луи, ведь ты теперь совсем взрослый и, конечно, обзавелся семьей, для которой ты так много значишь.

А ты сам, какой ты стал? Я представляю себе, что лицо у тебя пополнело, плечи стали шире, а седых волос, должно быть, еще немного и, уж наверное, как прежде, твое лицо все озаряется, когда улыбка вот-вот тронет твои губы.

А я? Не стану описывать тебе, как я переменилась, превратившись в старую женщину. Старую! Женщины стареют раньше мужчин, и, будь я рядом с тобою, я выглядела бы твоей матерью – и по наружности, и по тому выражению глаз, с каким бы я смотрела на тебя.

Видишь, как мы были правы, расставшись вовремя. Теперь уж мы перестрадали, успокоились, и сейчас мое письмо, которое ты, конечно, узнал по почерку на конверте, явилось для тебя почти развлечением.

-==25 сентября 1893 г.==-

Мой дорогой Луи!

Вот уже двадцать лет, как мы расстались… И вот уже двадцать лет, как меня нет в живых, дорогой мой. Если ты жив и прочтешь это письмо, которое перешлют тебе верные и почтительные руки, – те, что в течение многих лет пересылали тебе мои предыдущие письма, ты простишь мне, – если ты еще не забыл меня,– простишь, что я покончила с собой на другой же день после нашей разлуки. Я не могла, я не умела жить без тебя.

Мы вчера расстались с тобой. Посмотри хорошенько на дату – в начале письма. Ты, конечно, не обратил на нее внимания. Ведь это вчера мы в последний раз были с тобою в нашей комнате и ты, зарывшись головой в подушки, рыдал как ребенок беспомощный перед страшным своим горем. Это вчера, когда в полуоткрытое окно заглянула ночь, твои слезы, которых я уже не могла видеть, катились по моим рукам. Это вчера ты кричал от боли и
жаловался, а я, собрав все свои силы, крепилась и молчала.

А сегодня, сидя за нашим столом, окруженная нашими вещами, в нашем прелестном уголке, я пишу те четыре письма, которые ты должен получить с большими промежутками. Дописываю последнее письмо, а затем наступит конец.

Сегодня вечером я дам самые точные распоряжения о том, чтобы мои письма доставили тебе в те числа, которые на них указаны, а также приму меры к тому, чтобы меня не могли разыскать.

Затем я уйду из жизни. Незачем рассказывать тебе – как: все подробности этого отвратительного действия неуместны. Они могли бы причинить тебе боль, даже по прошествии стольких лет.

Важно то, что мне удалось оторвать тебя от себя самой и сделать это осторожно и ласково, не ранив тебя. Я хочу и дальше заботиться о тебе, а для этого я должна жить и после моей смерти. Разрыва не будет, ты бы его, возможно, и не перенес, ведь тебе все огорчения причиняют такую острую боль.

Я буду возвращаться к тебе, – не слишком часто, чтобы понемногу мой образ изгладился из твоей памяти, и не слишком редко, чтоб избавить тебя от ненужных страданий. А когда ты узнаешь от меня самой всю правду, пройдет столько лет (а ведь время помогает Мне), что ты уже почти не сможешь понять, что значила бы для тебя моя смерть.

Луи, родной мой, сегодняшний наш последний разговор кажется мне каким-то зловещим чудом.

Сегодня мы говорим очень тихо, почти неслышно, – уж очень мы далеки друг от друга, ведь я существую только в тебе, а ты уже забыл меня. Сегодня значение слова сейчас для той, которая его пишет и шепчет, совсем иное, чем для того, кто будет читать это еловой тихо произнесет “сейчас”.

Сейчас, преодолев такое громадное расстояние во времени, преодолев вечность – пусть это покажется нелепым, – сейчас я целую тебя, как прежде. Вот и все… Больше я ничего не прибавлю, потому что боюсь стать печальной, а значит, злой и потому, что не решаюсь признаться тебе в тех сумасшедших мечтах, которые неизбежны, когда любишь и когда любовь огромна, а нежность беспредельна…

P.S.  Читая  эти письма, я плакала… нет… не плакала, а просто рыдала… каждая строчка, каждое слово – а за ними столько боли, столько эмоций… столько НЕЖНОСТИ… и понимаешь, что живешь как-то не так, если  в твоей жизни нет места такой вот огромной НЕЖНОСТИ… таким вот чувствам. Живешь, как кукла, проникаясь черствостью и цинизмом, и перестаешь отличать черное от белого… и появляются какие-то нелепые двойные стандарты… и… что-то еще… что-то, чему трудно (а может и страшно) найти название… что-то, проникающее в душу и сердце холодным скользким комочком…

Нет… больше нет…

…и пусть будет эта ГРУСТНАЯ НЕЖНОСТЬ

А знаете вы, что такое
Женское одиночество?
Когда в одеяле двое,
Но прижиматься не хочется…
Любимая книга закрыта
Вторую неделю, кажется…
И новое платье забыто,
А тушь по щекам размажется…
И если в работе по горло
С утра и до поздней ночи…
А глупых, пустых ухажеров
И тело уже не хочет…

Когда с телефоном в обнимку
Не спишь, только чутко дремлешь…
Кокетство вдруг стало ужимкой
Но все же его приемлешь…
Когда в холодильнике пусто,
Но в баре вино хорошее…
Когда поначалу вкусно,
А после лишь счет запрошенный…
Когда за зимою осень,
А следом опять зима…
Когда никого не просишь,
А только лишь- я сама…

Вы знаете, что же такое
Женское одиночество?…
Когда уже жить не стоит,
Да и не очень хочется…

Одиночество… все люди, так или иначе одиноки… и пустота в сердце может быть, даже когда тебя держат за руку и говорят “люблю” … и порой, сотни, даже тысячи слов не способны заполнить пустоту души…сердца…и мыслей…

Фразы… заученные, взятые из книг и ни капли не осознанные… взгляды, в которых нет не то что огонька, но и малейшего смысла…

Прикосновения… смелые, но холодные – потому что после них остается лишь холод… который растекается по венам… и касается теплого комочка в груди…

Пустота… вновь и вновь… и вновь…

вот оно… одиночество…

А нужно… нужно не так и много… знать, что ты нужна и любима… ощущать, что все сказанное и сделанное идет от сердца к сердцу…и согревает душу, как лучики солнца согревают тело… и каждый взгляд говорит больше, чем сотни пустых слов… а каждое касание – дарит рай… рай на земле… под названием ВЕЧНОСТЬ…

Михаил Афанасьевич Булгаков “Мастер и Маргарита”

Прочитала этот отрывок,  и заплакала. Читая Ремарка – нельзя читать его лишь глазами и умом, такие строки можно читать лишь сердцем…

Вот она вечность – в любви…

Вот она нежность – она растворяет желание…

Вот она жизнь – мгновения радости…

Даже если это просто слово, сказанное в унисон с твоими мыслями, даже если это молчание – которое говорит больше всех слов, даже если это твоя “маленькая вечность”, что длится одно мгновение…

И почему-то бесконечно жаль идти по жизни “шагами вечности” . И не замечать время… избегая этой, такой необходимой вечности…

И хочется чтобы всегда были ТЫ и Я, ЗОВ и ОТКЛИК… и НАША вечность.

P.S. Леночка, спасибо за твои заметки – они порой напоминают мне о том, ради чего стоит жить – я тебя люблю.

Например, мне нужны визы во все страны. Очень нужны визы.
Мне нужен авиабилет на все рейсы, такой … один авиабилет на все самолёты.
Мне также хотелось бы знать все основные иностранные языки, а лучше вообще — все языки иностранные.
Ещё я хотел бы иметь дом на каждом берегу каждого моря, но сейчас я хотел бы петь. Но не умею. Мне так нужно сейчас петь! Но я не умею, братцы…

Я очень хотел бы плавать, как рыба, ну, то есть плавать и дышать под водой.
Мне почти необходима шапка-невидимка. Неплохо было бы уметь показывать фокусы и жонглировать, ну, по-настоящему , чтобы всех удивлять. Но сейчас, в данный момент, мне необходимо петь — а я не умею!
Еще было бы здорово владеть хотя бы одним музыкальным инструментом. Но я не владею… Я не знаю нот, и мне кажется, что учиться уже поздно.

К тому же у меня нет ни слуха, ни голоса, и ещё… я ужасно стесняюсь и даже не пытаюсь чего-нибудь там запеть. Но там, в своей голове, там… я пою чудесно, я пою отлично. Но сейчас надо петь вслух! Очень надо петь вслух… а я не умею. Не умею! И никогда не спою.

Никогда.

Я довольно часто думаю о том, что хорошо было бы быть очень спортивным, сильным, владеть разными восточными единоборствами…
Много чего мне хочется уметь и много чего мне хочется иметь.
Я хотел бы иметь много денег, так … достаточно много денег, чтобы они не кончались, и чтобы можно было на эти деньги купить много разных предметов. Я и сейчас этого хочу, но гораздо сильнее сейчас я хотел бы петь… Петь. Но я не умею. И никогда не смогу. Никогда. Представляете? Никогда.

Евгений Гришковец